Я не люблю любое время года, когда веселых песен не пою.
И поэтому я не полюбила это лето. А еще весну, и прошлую зиму... Я вообще в какой-то спячке. Всё невкусно - противное... И, главное, ни конца, ни края... И я каждый раз возвращалась к своим прошлым строчкам, пытаясь найти тот момент, когда я упустила саму себя и начала медленно чахнуть и слоняться без смысла по миру.
Эта история случилась, когда хорошая, примерная девочка, к которой мальчики и подойти то не смели, решила "стать взрослой". Она, почему-то, решила, что пора взрослеть. И выбрала для этого самый глупый способ, который только могла найти в глянцевых журналах. Она решила, что пора заканчивать нежную любовь и найти зрелого и серьезного мужчину для взрослых отношений. Конечно, тут же нашлась хорошая подружка (под стать идее о взрослении) которая научила кого нужно искать. Список качеств был не длинным и начинался с "крутой машины". И даже вариантик сразу подкинула: хороший знакомый ее кавалера.
И вот уже все было решено. Нежная любовь полетела к черту в самый день рождения в ледяных интонациях. Летела прахом и пеплом сыпала на головы влюбленных.
Надо сказать, что первая встреча со взрослыми отношениями была аховая. Там было отвратительно все: грязные берцы и лобызания, серый воротничок и намерения, беспечная необязательность и наглость. Но это же новая страница новой жизни. Поэтому шанс был дан второй. И все было так же, за исключением одного только но - Givenchy. Забегая вперед, на нем и держались взрослые отношения все пять лет.
Вот и случилась эта бесконечно-больно-длинная жизнь в жизни. Со взлетами и падениями и только одним красивым свиданием.
Все, что бережно лелеялось и взращивалось целый год терпеливой и заботливо-невинной любовью было безрассудно, беспринципно и очень легко разорвано в один не очень вечер, под "99 франков" и два глотка скотча.
Это сейчас больно, стыдно и жаль ту девочку. А тогда она глотала слезы и пыталась понять, что она делает не так и как же угодить своему "счастью на красном коне". Она лезла из кожи вон, заглядывала в рот и строила долгие платы в розовых облаках. И каждый раз, когда все это билось о тупой камень, Givenchy снова склеивал все осколки в нелепицу и все продолжалось снова и снова.
Нет, она пыталась. Она очень старалась и однажды даже сбежала из этого плена на целых пол года. Но этого было не достаточно потому, что никто ее, избитую, никто не подхватил. Привычка и любовь очень жестокие союзники. И снова и снова в лицо ледяными осколками летели ей в лицо. И сколько бы она не бежала, как бы далеко не улетала, они находили ее и били в самое сердце. И она возвращалась. и снова все возвращалось на круги своя.
Взрослая жизнь оказалась в пустой холодной чужой квартире. С ледяной постелью, но жаркими истериками. С опухшими от слез глазами, но с идеально чистой мебелью. С пустым кошельком, но внушительным букетом вен.болячек. А еще, со страшным ощущением пустоты и амёбности.
А потом был край. Километры и километры дорог города. Она ходила и ходила пока не находила решительности. На один меленький шаг. Любой, самый маленький, но в сторону от него.
Пружина выстрелила в ночь на лето. Об этом много сказано. И тогда казалось, что этого шага было достаточно. И она, по инерции, все бежала и бежала в даль, в пустоту, не зная, что в сердце так и сидит злосчастный ледяной осколок любви.
И поэтому я не полюбила это лето. А еще весну, и прошлую зиму... Я вообще в какой-то спячке. Всё невкусно - противное... И, главное, ни конца, ни края... И я каждый раз возвращалась к своим прошлым строчкам, пытаясь найти тот момент, когда я упустила саму себя и начала медленно чахнуть и слоняться без смысла по миру.
Эта история случилась, когда хорошая, примерная девочка, к которой мальчики и подойти то не смели, решила "стать взрослой". Она, почему-то, решила, что пора взрослеть. И выбрала для этого самый глупый способ, который только могла найти в глянцевых журналах. Она решила, что пора заканчивать нежную любовь и найти зрелого и серьезного мужчину для взрослых отношений. Конечно, тут же нашлась хорошая подружка (под стать идее о взрослении) которая научила кого нужно искать. Список качеств был не длинным и начинался с "крутой машины". И даже вариантик сразу подкинула: хороший знакомый ее кавалера.
И вот уже все было решено. Нежная любовь полетела к черту в самый день рождения в ледяных интонациях. Летела прахом и пеплом сыпала на головы влюбленных.
Надо сказать, что первая встреча со взрослыми отношениями была аховая. Там было отвратительно все: грязные берцы и лобызания, серый воротничок и намерения, беспечная необязательность и наглость. Но это же новая страница новой жизни. Поэтому шанс был дан второй. И все было так же, за исключением одного только но - Givenchy. Забегая вперед, на нем и держались взрослые отношения все пять лет.
Вот и случилась эта бесконечно-больно-длинная жизнь в жизни. Со взлетами и падениями и только одним красивым свиданием.
Все, что бережно лелеялось и взращивалось целый год терпеливой и заботливо-невинной любовью было безрассудно, беспринципно и очень легко разорвано в один не очень вечер, под "99 франков" и два глотка скотча.
Это сейчас больно, стыдно и жаль ту девочку. А тогда она глотала слезы и пыталась понять, что она делает не так и как же угодить своему "счастью на красном коне". Она лезла из кожи вон, заглядывала в рот и строила долгие платы в розовых облаках. И каждый раз, когда все это билось о тупой камень, Givenchy снова склеивал все осколки в нелепицу и все продолжалось снова и снова.
Нет, она пыталась. Она очень старалась и однажды даже сбежала из этого плена на целых пол года. Но этого было не достаточно потому, что никто ее, избитую, никто не подхватил. Привычка и любовь очень жестокие союзники. И снова и снова в лицо ледяными осколками летели ей в лицо. И сколько бы она не бежала, как бы далеко не улетала, они находили ее и били в самое сердце. И она возвращалась. и снова все возвращалось на круги своя.
Взрослая жизнь оказалась в пустой холодной чужой квартире. С ледяной постелью, но жаркими истериками. С опухшими от слез глазами, но с идеально чистой мебелью. С пустым кошельком, но внушительным букетом вен.болячек. А еще, со страшным ощущением пустоты и амёбности.
А потом был край. Километры и километры дорог города. Она ходила и ходила пока не находила решительности. На один меленький шаг. Любой, самый маленький, но в сторону от него.
Пружина выстрелила в ночь на лето. Об этом много сказано. И тогда казалось, что этого шага было достаточно. И она, по инерции, все бежала и бежала в даль, в пустоту, не зная, что в сердце так и сидит злосчастный ледяной осколок любви.
Комментариев нет:
Отправить комментарий