Как все тогда было понятно и просто. Мама всегда могла сказать черное это или белое. Можно так делать или нет. Хорошо это или плохо. Папа умел все. Дедушка был самым веселым и пел "тэчэ рiчка". А бабуля была Лидия Геннадьевна=)
Я начиталась Экзюпери. От меня надо было спрятать эту книжку подальше, а не выбирать на книжной полке такую красивую обложку. Я зачиталась, меня затянуло....
Ма всегда выбирала мне книжки сама. И все они были моими потрясениями. Они меняли сознание и ковали меня "динозавром".
Она
Кажется только вчера па раскрашивал со мной гномов акварелью. А ма перебирала волосики на голове - всегда так уютно было лежать у нее на коленках.
Мама вязала легинсы моим барби, а папа выпиливал для них креслица...
А тот попугай, которого прожгла сигаретой та тетка... папа еще месяц каждый день заклеивал его скотчем.
Ма не вырастила нам когти и не научила растить панцирь. И за это я ее часто ругала и пыталась объяснить брату, что в мире столько серости, которая, конечно, не черная, но и белой не станет никогда и ее надо топтать. Проходить мимо и не пытаться помочь...
А сейчас, только сейчас, когда стала жить своей семьёй и отдельной жизнью, я вдруг осознала на сколько это ценно и архиважно - быть динозавром. Да, порой это больно. Порой невыносимо обидно. Ещё чаще стыдно... За людей вокруг. Но все же это здорово. Мне иногда кажется, что только мы, динозавры, видим мир таким, какой он есть, а все остальные или не замечают его совсем, любя только себя, или видят его через призму своей безнравственности и безответственности. И самое страшное не то, что они этого не замечают, а то, что это видим мы, динозавры. И от этого всегда такой осадок...
Я начиталась Экзюпери. От меня надо было спрятать эту книжку подальше, а не выбирать на книжной полке такую красивую обложку. Я зачиталась, меня затянуло....
Ма всегда выбирала мне книжки сама. И все они были моими потрясениями. Они меняли сознание и ковали меня "динозавром".
Она
Кажется только вчера па раскрашивал со мной гномов акварелью. А ма перебирала волосики на голове - всегда так уютно было лежать у нее на коленках.
Мама вязала легинсы моим барби, а папа выпиливал для них креслица...
А тот попугай, которого прожгла сигаретой та тетка... папа еще месяц каждый день заклеивал его скотчем.
Ма не вырастила нам когти и не научила растить панцирь. И за это я ее часто ругала и пыталась объяснить брату, что в мире столько серости, которая, конечно, не черная, но и белой не станет никогда и ее надо топтать. Проходить мимо и не пытаться помочь...
А сейчас, только сейчас, когда стала жить своей семьёй и отдельной жизнью, я вдруг осознала на сколько это ценно и архиважно - быть динозавром. Да, порой это больно. Порой невыносимо обидно. Ещё чаще стыдно... За людей вокруг. Но все же это здорово. Мне иногда кажется, что только мы, динозавры, видим мир таким, какой он есть, а все остальные или не замечают его совсем, любя только себя, или видят его через призму своей безнравственности и безответственности. И самое страшное не то, что они этого не замечают, а то, что это видим мы, динозавры. И от этого всегда такой осадок...
Какой вывод я сделала, переосмыслив особенности своего воспитания? Он однозначен. Во-первых я перестала "открывать глаза на реальность" брату. Он это сделает сам, в свое время. Я лишь стараюсь максимально полно отвечать на его вопросы, когда он их мне задаёт. (тут надо обязательно остановиться и сказать, что этот оболтус не так глуп, как мне казалось, и часто делает очень глубокие и необыкновенные умозаключения. А ещё все чаще обращается за советом). И ещё. Свою дочь я буду воспитывать динозавром. Её папа поможет ей вырастить броню, а я все все же постараюсь помочь ей вырастить в её оправе прозрачные не искаженные линзы. И научу содержать их в чистоте.