Душный полдень плавил асфальт и заставлял прохожих дышать через раз. Солнце прорывалось через хрупкие облака и замыкало свои лучи на золоченых куполах маленького храма. Хрупкая тропинка вела в тишину витьеватых ворот. а солнечные зайчики прыгали по листочкам могильных цветов.
Я сегодня далеко. Но ты теперь близко. На расстоянии ближайшего храма. Он как телефонная будка. Только тут односторонняя связь - мне тебя не услышать. Но есть маленький шанс, что меня услышишь ты...
Багровые своды захватывают дух и заливаются слезами. Здесь совсем мало свечек и всего две женщины в углу о чем-то шуршат. Это чужой город. Здесь на тебя никто не посмотрит и можно разговаривать во весь голос. Никто не удивиться. И от этого проще. Здесь можно не прятать слезы и рассказать тебе о том, как тут без тебя... О том, что все не так. Что нет смыслов дышать и есть много дырок в жизнях многих людей. О том, что плакать уже нет слез и теперь никто не знает как у меня дела...
Я мало что могу теперь для тебя.... Я могу помнить и верить, что ты там счастлива. Я могу просить у Бога тебе покоя и молить вместе с сороустом. Еще я могу помнить. Помнить, что ты была, и что они решили, что ты должна не быть. Но больше я не могу. Я больше не могу тебя обнять. Мне тебя не поцеловать. Не подержать за руку. Не отдать тебе юбку и не поделиться шоколадкой...
Этой ночью тишина разразилась звездным криком. Тишина разрывалась от истерики и обиды.40.Говорят, именно сегодня ты ушла совсем. Так и не успев мне присниться. Ты, наверное, сама так решила. Почему то...
Я сегодня далеко. Но ты теперь близко. На расстоянии ближайшего храма. Он как телефонная будка. Только тут односторонняя связь - мне тебя не услышать. Но есть маленький шанс, что меня услышишь ты...
Багровые своды захватывают дух и заливаются слезами. Здесь совсем мало свечек и всего две женщины в углу о чем-то шуршат. Это чужой город. Здесь на тебя никто не посмотрит и можно разговаривать во весь голос. Никто не удивиться. И от этого проще. Здесь можно не прятать слезы и рассказать тебе о том, как тут без тебя... О том, что все не так. Что нет смыслов дышать и есть много дырок в жизнях многих людей. О том, что плакать уже нет слез и теперь никто не знает как у меня дела...
Я мало что могу теперь для тебя.... Я могу помнить и верить, что ты там счастлива. Я могу просить у Бога тебе покоя и молить вместе с сороустом. Еще я могу помнить. Помнить, что ты была, и что они решили, что ты должна не быть. Но больше я не могу. Я больше не могу тебя обнять. Мне тебя не поцеловать. Не подержать за руку. Не отдать тебе юбку и не поделиться шоколадкой...
Этой ночью тишина разразилась звездным криком. Тишина разрывалась от истерики и обиды.40.Говорят, именно сегодня ты ушла совсем. Так и не успев мне присниться. Ты, наверное, сама так решила. Почему то...